§ 1. Доставление, административное задержание, привод

Анализируемые в данном параграфе меры являются мерами, ограничивающими личную свободу граждан. В связи с этим их применение значительно ущемляет такое конституционно закрепленное право граждан, как право на свободу и личную неприкосновенность.

Часто применение мер, ограничивающих личную свободу граждан, впоследствии вызывает весьма резонансные правовые споры, причем как в рамках судебной системы Российской Федерации, так и на международном уровне[160].

Правовую основу осуществления рассматриваемых мер формируют международные стандарты в области прав человека и гражданина, к которым стремится любое цивилизованное государство как член мирового сообщества. Данные международные стандарты закреплены в ряде документов. В первую очередь это Устав ООН, являющийся первым международным правовым актом, цели которого основаны на всеобщем уважении прав человека, обязывающий в ст. 1 (п. 3) и ст. 55 Организацию Объединенных Наций содействовать «уважению прав человека и основных свобод для всех, без различия расы, пола, языка и религии» и объявляющий их уважение основой для достижения ее целей.

Следующим таковым нормативным правовым актом выступает Всеобщая декларация прав человека 1948 г., провозглашенная резолюцией № 217 А (III)

Генеральной Ассамблеи ООН[161], закрепляющая в ст. 3, что «каждый человек имеет право на жизнь, на свободу и на личную неприкосновенность», а также в ст. 9 право каждого на запрет произвольного ареста и задержания. При этом в п. 2 ст. 29 данного документа провозглашено, что при осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, которые установлены законом. На основе Всеобщей декларации прав человека 22 ноября 1991 г. Верховным Советом РСФСР была принята Декларация прав и свобод человека и гражданина[162], положения которой в большинстве своем составили главу 2 Конституции РФ.

Нельзя обойти вниманием и ратифицированную в связи со вступлением Российской Федерации в Совет Европы европейскую Конвенцию по защите прав человека и основных свобод, закрепляющую в ст. 5 право каждого на свободу и личную неприкосновенность. При этом в п. 1 названной статьи приводятся случаи, допускающие лишение права на свободу, а остальные пункты статьи предусматривают процессуальные гарантии задержанного, заключенного под стражу или арестованного лица.

Конституция РФ является основой всего законодательства страны, провозглашающей право на свободу и неприкосновенность личности и устанавливающей, что «арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению. До судебного решения лицо может быть подвергнуто задержанию на срок не более 48 часов» (ст. 22). Статья 55 Конституции РФ закрепляет требования, обязательные для применения ограничений конституционных прав граждан компетентными органами. Первое требование заключается в том, что права и свободы могут быть ограничены только федеральным законом. Второе — права и свободы человека могут быть ограничены лишь в целях защиты основ конституционного строя, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. И наконец, третье требование — ограничение прав и свобод человека допустимо только в той мере, в которой это необходимо в указанных выше целях.

Вышеперечисленные требования установлены Конституцией РФ для того, чтобы не было неоправданных ограничений, произвола, возможности злоупотреблений со стороны государственных властей и должностных лиц.

Безусловно, сотрудникам полиции предоставлен весьма широкий круг полномочий в сфере защиты граждан от преступных и иных посягательств на их конституционные права. В процессе выполнения своих обязанностей они наделены компетенцией по ограничению прав и свобод граждан, однако только на законных основаниях. Одними из таких ограничений являются рассматриваемые в данной главе меры обеспечения производства по делам об административных правонарушениях, такие как доставление, административное задержание и привод.

Доставление является одной из наиболее распространенных мер обеспечения. Необходимо заметить, что в ряде диссертационных исследований анализировалась правовая природа данной меры, изучались особенности и основания ее применения[163] [164]. Интерес к проблеме законодательного регулирования доставления не ослабевает и в настоящее время, что доказывают периодически появляющиеся

Л

на страницах научных журналов соответствующие публикации . Однако, несмотря на активность ученых в изучении отмеченной проблемы, единства мнений относительно сущности, содержания, оснований и порядка применения этой меры обеспечения производства до сих пор не наблюдается.

В соответствии со ст. 27.2 КоАП РФ суть доставления состоит в принудительном препровождении физического лица в орган внутренних дел для составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, если составление протокола обязательно. Принудительная сущность рассматриваемой меры заключается в невозможности лица, подвергаемого доставлению, уклониться от препровождения в указанное сотрудником полиции место под угрозой применения физической силы и специальных средств. Таким образом, ограничивается свобода действий и передвижений правонарушителя.

Как правило, именно с доставления начинается весь комплекс процессуальных действий, выполняемых соответствующими должностными лицами при производстве по делам об административных правонарушениях.

Учеными высказываются различные точки зрения относительно места доставления в системе мер административного принуждения. Так, А. П. Клюшниченко полагает, что доставление относится к мерам административного пресечения[165]. Д. Н. Бахрах, в свою очередь, относил данную меру к адми-

л

нистративно-процессуальным . Обе позиции представляют научный интерес. Однако считаем более верным рассматривать доставление как самостоятельную меру обеспечения в соответствии с принятой нами в 1 главе настоящего исследования системой мер административного принуждения. В пользу этого свидетельствует и законодательное закрепление доставления как меры обеспечения производства.

Следует отметить, что доставление в качестве самостоятельной меры появилось в российском законодательстве относительно недавно. В КоАП РСФСР среди мер обеспечения данной меры не содержалось, а институт доставления работал только в рамках составления протокола об административном правонарушении. Лишь в 2002 г. в ст. 27.1 КоАП РФ в системе мер обеспечения производства была предусмотрена такая мера, как доставление.

Лексическое значение слова «доставить» состоит в том, чтобы привести, принести или привезти к месту назначения (что-либо, кого-либо)[166] [167]. В соответствии со ст. 27.2 КоАП РФ доставление заключается в принудительном препровождении физического лица в орган внутренних дел для составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, если составление протокола является обязательным. Таким образом, ограничивается свобода действий и передвижений правонарушителя. Доставление лица допускается в случаях, когда совершение административного правонарушения, в котором лицо подозревается, предусматривает обязательное составление протокола. Однако если лицо, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, оспаривает наличие его события и (или) назначенное ему административное наказание, составляется протокол об административном правонарушении, то, следовательно, данное лицо также может быть подвергнуто доставлению.

Заметим, что проблемы доставления в деятельности сотрудников полиции достаточно актуальны. Анализ изученных дел об административных правонарушениях свидетельствует о том, что доставление применялось в 38,5% случаев .

Как видно, ситуации, когда установить личность нарушителя на месте затруднительно, возникают достаточно часто. Так, у лиц, совершивших наиболее распространенные административные правонарушения, посягающие на общественный порядок и общественную безопасность (например: появление в общественных местах в состоянии опьянения (ст. 20.21 КоАП РФ); мелкое хулиганство (ст. 20.1 КоАП РФ); потребление (распитие) алкогольной продукции в запрещенных местах либо потребление наркотических средств или психотропных веществ, новых потенциально опасных психоактивных веществ или одурманивающих ве- ществ в общественных местах (ст. 20.20 КоАП РФ))[168], далеко не всегда при себе находятся документы, удостоверяющие личность, могут иметься иные причины, препятствующие составлению протокола об административном правонарушении. Кроме того эта мера часто применяется в целях создания условий для сбора необходимой доказательственной базы, исключая возможность уклонения правонарушителя от ответственности.

Доставление является достаточно распространенной мерой обеспечения, применяемой сотрудниками полиции. Кроме того, ряд составов административных правонарушений предусматривает в качестве необходимого элемента место их совершения (например, ст. ст. 20.1, 20.2, 20.3, 20.13, 20.17, 20.18, 20.20, 20.21, 20.22 КоАП РФ и др.). Указанные правонарушения возможно пресечь путем удаления нарушителя с соответствующего места, что, безусловно, произойдет при осуществлении доставления. Таким образом, доставление одновременно с процессуально-обеспечительной целью будет способствовать и пресечению административного правонарушения.

Перед практическими работниками часто возникает дилемма: разобраться с гражданином на месте совершения противоправного деяния или доставить его для составления протокола в помещение ОВД? При этом многие сотрудники полиции ошибочно полагают, что, руководствуясь ст. 27.2 КоАП РФ, для «установления личности» можно подвергнуть доставлению любого гражданина, не имеющего при себе документов. По нашему мнению, применение доставления уместно в случае, если у правонарушителя нет документов, удостоверяющих личность, и отсутствуют свидетели, которые могут достоверно сообщить необходимые сведения о нем. Полагаем, что данное положение необходимо закрепить законодательно, дополнив ч. 2 ст. 27.2 КоАП РФ фразой «применение доставления в целях установления личности допустимо в случае, если у правонарушителя отсутствуют при себе документы, удостоверяющие личность, и нет свидетелей, которые могут достоверно сообщить необходимые данные о нем». При этом особое внимание следует обратить на достоверность данных, которые предоставляют свидетели.

передвигаться или ориентироваться в окружающей обстановке, либо может причинить вред себе или окружающим. В иных случаях возможно составление протокола об административном правонарушении на месте его выявления.

Доставление тесно связано с такой мерой обеспечения производства, как административное задержание.

Учеными достаточно продолжительное время рассматриваются вопросы взаимосвязи доставления и административного задержания[169]. Несмотря на это обстоятельство, единства мнений по данной проблематике не наблюдается. Некоторые авторы предлагают считать доставление самостоятельной административно

обеспечительной мерой[170] [171]. Другие полагают, что доставление необходимо включить в

3

состав административного задержания , а срок административного задержания в связи с этим продлить до 24 часов. Так, по мнению А. П. Клюшниченко, А. В. Самойленко, В. Л. Зеленько, «процесс задержания должен рассматриваться в широком и узком смысле слова. В широком смысле этот процесс начинается с момента задержания на месте нарушения, продолжается процессом доставления... и кончается фиксацией в книге доставленных»[172]. Свою позицию авторы обосновывают тем, что юридическим основанием для привлечения к административной ответственности является надлежаще составленный сотрудником полиции протокол об административном правонарушении. Для составления этого документа необходимо обеспечить «диалог» между сотрудником полиции и нарушителем, который достигается посредством личного административного задержания нарушителя[173]. Таким образом, названные ученые считают доставление лишь составляющим элементом административного задержания, отрицая тем самым самостоятельность доставления.

В связи с этим интересной представляется позиция законодателя Республики Беларусь, закрепившего в ч. 1 ст. 8.2 Процессуально-исполнительного кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях в составе административного задержания и кратковременное ограничение свободы физического лица, и его доставление в орган, ведущий административный процесс, и содержание в данном органе[174].

Отметим, что обе точки зрения имеют право на существование и представляют научный интерес, однако позиция первой группы ученых наиболее предпочтительна. Объективное выражение доставления и административного задержания граждан различное. Основания и цели применения двух названных мер обеспечения также имеют определенные отличия. Об этом свидетельствует и тот факт, что законодателем доставление выделено в отдельную меру обеспечения производства. Более того, административное задержание возможно лишь после окончания применения доставления. Данное положение закреплено в ч. 4 ст. 27.5 КоАП РФ, где четко указано, что срок административного задержания исчисляется с момента доставления нарушителя, а лица, находящегося в состоянии опьянения, — со времени его вытрезвления.

К тому же доставление лица часто не влечет необходимости его административного задержания, соответственно, указанные меры обеспечения могут применяться самостоятельно и отдельно друг от друга. Полагаем, что нецелесообразно объединять меры обеспечения производства, имеющие самостоятельное законодательное регулирование. Таким образом, на наш взгляд, более обоснованна позиция авторов, выделявших доставление в качестве самостоятельной меры обеспечения.

Определенные вопросы вызывает отсутствие более или менее конкретного срока доставления. Законодателем предусмотрена только необходимость доставления в возможно короткий срок. Думается, что такая формулировка предоставляет правоприменителю слишком широкие пределы на административное усмотрение. Считаем, что данный временной отрезок слагается с момента предъявления требования пройти в орган внутренних дел до реализации ключевой цели доставления — составления протокола об административном правонарушении. Только в этом случае доставление остается самостоятельным обеспечивающим производство принудительным средством. Если же рассматривать доставление в буквальном смысле как процедуру принудительного препровождения, его обособленное место в системе других мер обеспечения теряется. Оно поглощается административным задержанием. Например, подобное второстепенное положение занимает административное доставление применительно к задержанию в рамках ст. 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ[175] [176] (далее — УПК РФ).

Так, В. А. Тюрин небезосновательно полагает, что «с позиции защиты прав и

законных интересов личности в Кодексе важно закрепить хотя бы примерный срок

доставления, поскольку “доставление” имеет самостоятельный процессуальный стаЛ

тус» . Кроме того, отсутствие фиксированного срока доставления значительно осложняет реализацию как доставления, так и административного задержания, что в конечном итоге может нарушить законные права и интересы граждан. В порядке ст. 27.2 КоАП РФ доставление может применяться для составления протокола об административном правонарушении, при этом не берется в расчет, что, помимо данного протокола, имеется еще целый ряд процессуальных документов, необходимость составления которых может возникнуть в ходе производства по делу об административном правонарушении (например, протокол доставления, административного задержания, личного досмотра и т. д.), при этом срок должен быть возможно коротким.

Безусловно, срок доставления правонарушителя в городских условиях будет отличаться от времени применения аналогичной меры обеспечения в сельской местности. В связи с этим верной представляется позиция А. С. Дугенца, что правовой нормой невозможно предусмотреть и учесть в каждом отдельном случае конкретные обстоятельства (например, территориальную удаленность, наличие и (или) техническое состояние транспорта, климатические условия, состояние здоровья доставляемого и пр.)[177].

4%

до 1 часа

■ 1-2 часа

■ в возможно короткий срок (без четко установленных рамок)

иное

Рис. 3. Распределение ответов сотрудников полиции на вопрос: «Какой срок доставления, по

Вашему мнению, наиболее приемлем?»

Как видно из представленной диаграммы (рис. 3), 60% опрошенных считают наиболее приемлемым осуществление доставления в возможно короткий срок (без четко установленного времени). При этом, по нашему мнению, отдельные аспекты применения доставления нуждаются в законодательном уточнении. Так, в КоАП РФ отсутствует указание на максимально возможный срок нахождения доставленного гражданина в помещении ОВД, в течение которого необходимо произвести процессуальные действия. Срок административного задержания исчисляется с момента доставления, однако административное задержание должно применяться лишь в исключительных случаях. Таким образом, если административное задержание не применяется, срок нахождения доставленного лица в служебном помещении абсолютно не урегулирован. Нередко срок нахождения граждан в помещении ОВД превышает установленный ст. 27.5 КоАП РФ срок административного задержания (3 часа), при этом лицо в специальное помещение не водворяется, статус задержанного не приобретает, а находится в положении доставленного, и фактически срок его содержания в помещении ОВД ничем не ограничен (за исключением содержания доставленного лица, находящегося в состоянии опьянения). Например, к активному обсуждению в обществе и прессе привело доставление журналиста «Газеты.т» в ОВД «Обручевский» УМВД России по г. Москве, произведенное сотрудниками полиции в апреле 2016 г. Аргументация данного доставления выглядела следующим образом: для проверки законности нахождения в г. Москве, в связи с отсутствием билета на транспорт, на котором гражданин прибыл в Москву. После более часа ожидания журналисту был возвращен паспорт, и он был отпущен без составления каких-либо процессуальных документов[178].

Длительное содержание доставленного лица не всегда оправдано объективными причинами, однако часто это объясняется загруженностью должностного лица ОВД (например, необходимостью выезда на место совершения иных противоправных действий). Другие должностные лица не занимаются разбирательством с доставленными, мотивируя это тем, что не обладают достаточными знаниями обстоятельств конкретного дела. Граждане вынуждены ожидать возвращения доставившего их сотрудника в комнате для разбирательства с доставленными или в иных служебных помещениях ОВД, не приспособленных для данной цели. Полагаем, что в таком случае лицо следует считать задержанным, и при этом срок должен быть как можно более коротким.

Думается, что после препровождения правонарушителя в служебное помещение сотрудники полиции должны незамедлительно приступить к составлению процессуальных документов. В случае если правонарушитель препятствует установлению его личности и осуществлению всех необходимых действий в течение этого времени, данное лицо подлежит административному задержанию.

Следующей мерой, принимаемой после доставления лица, является административное задержание. 36% опрошенных сотрудников полиции отмечают данную меру как наиболее часто применяемую. Слово «задержать» означает временно лишить свободы до выяснения причастности к нарушению порядка, преступ- лению[179], а задержание — мера, осуществляемая представителями органов правопорядка, состоящая в лишении человека свободы, заключении его под стражу[180].

В соответствии с действующим административным законодательством сущность административного задержания заключается в кратковременном ограничении свободы физического лица. Данная мера обеспечения производства может быть применена в исключительных случаях, если это необходимо для правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, исполнения постановления по делу об административном правонарушении (ч. 1 ст. 27.3 КоАП РФ).

Длительный период административное задержание относилось к мерам административного пресечения, и лишь отдельные ученые считали ее административно-обеспечительной. Например, В. П. Кудрявцев утверждал, что «административное задержание есть единая мера административного принуждения, которая служит достижению нескольких целей... Данной мере присущ внутренний универсализм: действия правоприменителя, с одной стороны, направлены на прекращение противоправного поведения, с другой стороны, они создают условия для привлечения виновных к ответственности. Таким образом, эти действия отражают единство и неразрывность воздействия материального (пресекательного) и обеспечительного (процессуального)»[181]. Дальнейшее развитие науки административного права привело к тому, что административное задержание теперь находится в самостоятельной группе мер административного принуждения — мер обеспечения производства.

Правовой статус задержанного в юридической литературе трактуется неоднозначно. Одни ученые считают, что в случае административного задержания речь идет об ограничении свободы лица[182] [183], другие полагают, что суть такого за-

держания состоит все же в лишении свободы . Личную свободу характеризует свобода действий, поведения и передвижений, а указанная мера предусматривает полную подневольность задержанного лица на протяжении всего времени его содержания в специально отведенном для административно задержанных помещении или учреждении. В пользу такой позиции свидетельствуют и разъяснения Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которым «задержание, арест, заключение под стражу и содержание под стражей, несмотря на их процессуальные различия, по сути есть лишение свободы»[184], а понятие «лишение свободы» по своему конституционно-правовому смыслу имеет автономное значение, охватывающее собой любые меры отраслевого законодательства, если они фактически влекут лишение свободы (будь то санкция за правонарушение или принудительные меры, обеспечивающие производство по делу)[185].

В международных нормативных правовых актах под задержанным лицом также понимается лицо, «лишенное личной свободы не в результате осуждения за совершение правонарушения»[186] [187]. В своих постановлениях Европейский суд по правам человека, рассматривая дела, связанные с административным задержанием, указывает, что по смыслу п. 1 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных

свобод лица лишаются свободы .

Полагаем, что в данном случае целесообразно руководствоваться указанными нормативными правовыми актами, в которых говорится, что в случае задержания лица оно лишается на какое-то время свободы, а не ограничивается в ней.

Некоторые разногласия имеются в отношении определения начала срока административного задержания. Так, некоторые авторы предлагают началом срока административного задержания считать момент непосредственного ограничения личной свободы гражданина, т. е. его фактическое задержание[188]. Действительно, ограничение личной свободы гражданина начинается с момента фактического захвата лица и доставления его в помещение органа внутренних дел. Вместе с тем в юридической литературе весьма резонно отмечается, что задержание «юридически возникает тогда, когда в отношении задержанного человека составляется специальный правовой акт, именуемый протоколом задержания»[189]. К тому же понимание административного задержания как принудительного лишения (а не ограничения) свободы лица будет способствовать устранению разногласий, касающихся определения момента начала срока административного задержания. В связи с этим полагаем, что срок административного задержания целесообразно исчислять с момента доставления лица, как и указано в КоАП РФ, однако с изложенными уточнениями.

Несколько противоречиво, на наш взгляд, определение административного задержания как кратковременного ограничения свободы. Действительно, КоАП РФ предусматривается применение административного задержания сроком до 48 часов, а это достаточно продолжительный период. При этом следует заметить, что с позиции Конституционного Суда Российской Федерации такое продолжительное задержание может применяться «лишь в случае, если имеются достаточные основания считать его необходимым и соразмерным для обеспечения производства по конкретному делу об административном правонарушении, за совершение которого может быть назначено наказание в виде административного ареста»[190] [191]. Таким образом, подчеркивается, что далеко не в каждом случае возможно продление срока административного задержания до 48 часов, а в большинстве случаев такой срок не должен превышать трех часов.

В связи с этим небезынтересной представляется точка зрения Л. Л. Попова о том, что административное задержание — принудительное, как правило, кратковременное ограничение свободы действий и передвижения лица, совершившего административное правонарушение, применяемое в целях пресечения, прекращения административного правонарушения, когда исчерпаны другие меры воздействия в отношении нарушителя . Вместе с тем из данного определения следует, что автор рассматривает административное задержание как ограничение свободы лица, что, по нашему мнению, является не совсем верным.

В соответствии с вышеизложенными соображениями предлагаем ч. 1 ст. 27.3 КоАП РФ изложить в следующей редакции: «Административное задержание, то есть принудительное, как правило, кратковременное лишение свободы физического лица...».

По мнению В. H. Кисина, «административное задержание состоит в кратковременном ограничении свободы правонарушителей и связано с принудительным содержанием их в течение установленного законом времени в специальных помещениях органов внутренних дел»[192]. Не следует путать административное задержание с административным арестом, также заключающимся в принудительном содержании определенное время в специальном помещении. Несмотря на то обстоятельство, что обе названные меры подразумевают ограничение свободы правонарушителей путем их помещения и содержания в специальных помещениях, административный арест является мерой административного наказания, налагаемой исключительно судом. В случае же, когда после административного задержания судом выносится решение о наказании данного лица в виде административного ареста, срок административного задержания поглощается административным арестом. Соответственно (несмотря на сходство содержания административного задержания и ареста), цели и основания применения ареста существенно отличаются от целей и оснований административного задержания. Поэтому определение задержания как «кратковременного ареста лица. »[193] представляется сомнительным.

Некоторые авторы считают, что целью административного задержания также является пресечение длящегося правонарушения. Так, А. И. Стахов пишет, что основанием административного задержания является наличие достаточных данных полагать, что лицо продолжит противоправное деяние и будет уклоняться от установленной законом ответственности[194] [195]. По мнению М. И. Еропкина, «административное задержание лица, совершившего административный проступок, позволяет установить его личность и составить необходимые для привлечения к административной ответственности документы. Однако, эта сторона правообеспечительной функции, выполняемой мерами административного пресечения, носит вспомогательный характер, тогда как главное состоит в прекращении противо-

Л

правного поведения» . Следует заметить, что на момент опубликования работы М. И. Еропкина доставление не входило в число мер обеспечения производства. В настоящее же время административное задержание применяется к лицу, в отношении которого уже была применена мера обеспечения (доставление), а следовательно, пресекательная функция более присуща все же доставлению. Выявление признаков административного правонарушения в таких условиях также неуместно, так как они уже установлены до принятия решения о доставлении. Таким образом, предлагаем в п. 1 ч. 1 ст. 27.3 КоАП РФ заменить слова «при выявлении административных правонарушений» на слова «в отношении лиц, доставленных в связи с совершением административных правонарушений» и изложить эту норму в следующей редакции: «1) должностные лица органов внутренних дел (полиции) — в отношении лиц, доставленных в связи с совершением административных правонарушений...».

Как справедливо отмечает А. С. Дугенец, «анализ правоприменительной практики, а также специальной юридической литературы позволяет судить о некоторых проблемах применения административного задержания»[196]. Так, например, возникает ряд вопросов относительно оснований, предусмотренных для применения административного задержания. Исходя из содержания ч. 1 ст. 27.3 КоАП РФ, можно сделать вывод о том, что любое лицо, совершившее административное правонарушение и доставленное в ОВД, может быть подвергнуто административному задержанию по имеющимся основаниям, ведь необходимость «обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, исполнения постановления по делу об административном правонарушении» может возникнуть практически в любой ситуации, по любому административному правонарушению. Не ясно, почему необходимость таких действий возникает лишь «в исключительных случаях» и какой смысл вложил законодатель в понятие «исключительные случаи». Добавим, бывший Уполномоченный по правам человека в РФ В. П. Лукин в своем докладе за 2008 г. раскритиковал нормы главы 27 КоАП РФ, указав, что «права лица, подвергнутого административному задержанию, нередко оказываются в зоне своего рода “произвольного толкования”»[197]. Таким образом, правоприменитель вынужден при осуществлении административного задержания руководствоваться своими субъективными знаниями и опытом, что не способствует объективному применению административного

задержания.

■ отсутствие в КоАП РФ разграничения срока доставления и административною задержания

■ никаких затруднений не возникает

■ иное

отсутствие в КоАП РФ исчерпывающего перечня случаев применения

Рис. 4. Распределение ответов сотрудников полиции на вопрос: «Что, по Вашему мнению, затрудняет процедуру применения административного задержания?»

Как следует из приведенной диаграммы (рис. 4), 22% опрошенных указали в качестве причины, затрудняющей процедуру применения административного задержания, отсутствие в КоАП РФ исчерпывающего перечня случаев применения, 20% — отсутствие в КоАП РФ разграничения срока доставления и административного задержания.

Применительно к установлению оснований для административного задержания показателен опыт законодателя, четко и понятно изложившего основания для уголовно-процессуального задержания лица. Так, в УПК РФ, перечислены конкретные, четко сформулированные основания для задержания лица по подозрению в совершении преступления:

— когда это лицо застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения;

— когда потерпевшие или очевидцы укажут на данное лицо как на совершившее преступление;

— когда на этом лице или его одежде, при нем или в его жилище будут обнаружены явные следы преступления.

При наличии иных данных, позволяющих подозревать лицо в совершении преступления, оно может быть задержано, если это лицо пыталось скрыться, либо не имеет постоянного места жительства, либо не установлена его личность, либо если прокурором, или следователем, или дознавателем с согласия прокурора в суд направлено ходатайство об избрании в отношении указанного лица меры пресечения в виде заключения под стражу (ст. 91 УПК РФ).

Думается, что и в случае с административно-процессуальным задержанием, основания такого задержания следует конкретизировать и должна исключаться двойственность их толкования.

В целях наиболее эффективного обеспечения правоприменительной практики полагаем, что целесообразно закрепить в КоАП РФ основания административного задержания и изложить ч. 1 ст. 27.3 КоАП РФ в следующей редакции: «Административное задержание, то есть принудительное, как правило, кратковременное лишение свободы физического лица, применяемое во внесудебном порядке, при наличии одного из следующих оснований:

1) когда обеспечение своевременного и правильного рассмотрения дела об административном правонарушении, исполнение постановления по делу об административном правонарушении иными способами затруднительно или невозможно;

2) когда необходимо установление личности правонарушителя и составление соответствующих процессуальных документов по делу об административном правонарушении;

3) когда имеются достаточные данные полагать, что лицо, совершившее административное правонарушение, продолжит противоправное деяние и будет уклоняться от установленной законом ответственности».

Нередко лицо, доставленное в помещение ОВД, находится в состоянии алкогольного, наркотического или токсикологического опьянения (например, ст. ст. 20.20, 20.21 КоАП РФ). Состояние опьянения оказывает влияние на способность лица, подвергнутого административному задержанию, адекватно воспринимать и оценивать собственное поведение, а также действия осуществляющих административное задержание должностных лиц. Кроме того, состояние опьянения не позволяет лицу надлежащим образом, своевременно и полно уяснить мотивы административного задержания. Поэтому определение момента вытрезвления представляется необходимым. В ч. 4 ст. 27.5 КоАП РФ недостаточно четко определен срок, с которого исчисляется административное задержание лица, находящегося в состоянии опьянения, — со времени его вытрезвления. Действительно, опьянение и вытрезвление — это категории не юридические, а медицинские, однако если состояние опьянения определяется с помощью медицинского освидетельствования, то момент вытрезвления лица, содержащегося в специальном помещении дежурной части ОВД, вызывает определенные сложности. Так, медицинские признаки алкогольного опьянения (например, наличие алкоголя в крови или запах спиртного изо рта) у некоторых лиц сохраняются весьма продолжительное время, а признаки опьянения наркотическими, психотропными или иными вызывающими опьянение веществами достаточно разнообразны и требуют специальных познаний в соответствующей области. Часто получается, что сотрудник полиции, основываясь на своих субъективных знаниях, определяет момент вытрезвления лица, совершившего административное правонарушение, и принимает решение о начале исчисления срока административного задержания. Такая неопределенность может способствовать необоснованному увеличению сроков административного задержания, поэтому критерии вытрезвления нуждаются в более детальной проработке и конкретизации. Полагаем, что одним из возможных путей решения данной проблемы является возрождение системы медицинских вытрезвителей, в которые и должны доставляться лица, находящиеся в состоянии опьянения, и оставаться там до момента вытрезвления. При этом момент вытрезвления будет определяться медицинским работником. В пользу изложенной позиции свидетельствуют периодически появляющиеся в научной литературе статьи с мнением о необходимости создания подобных медицинских уч- реждений[198] [199] [200].

В настоящее время ведется работа по восстановлению указанной системы. Так, вместо утративших силу нормативных правовых актов законодателем при-

Л

нимаются новые , в отдельных субъектах Российской Федерации функционируют медицинские учреждения со сходными функциями (например, показателен опыт Томской области, в которой с декабря 2010 г. начал свою деятельность пункт медицинской помощи лицам, находящимся в состоянии алкгольного опьянения, что

позволило существенно улучшить криминогенную обстановку в г. Томске) . Однако, к сожалению, процесс восстановления системы медицинских вытрезвителей повсеместно займет продолжительное время.

Думается, что целесообразно ограничить максимальный срок вытрезвления лица 24 часами, а определение момента вытрезвления лица, содержащегося в специальном помещении дежурной части ОВД, при необходимости должно осуществляться медицинским работником, обладающим соответствующими знаниями (врачом-наркологом или фельдшером). Такой срок вытрезвления обусловлен медицинскими критериями определения степени опьянения, что подтверждается и позицией Верховного Суда Российской Федерации, установившего в своем решении, что «положение о пребывании лица на вытрезвлении не более одних суток обусловлено клиническими особенностями»[201] [202] [203] [204] [205] [206].

Заметим, что Конституционный Суд Российской Федерации признал правило, закрепленное в ч. 4 ст. 27.5 КоАП РФ, об исчислении срока административного задержания лица, находящегося в состоянии опьянения, со времени его вытрезвления, не соответствующим Конституции РФ, поскольку допускает ограниЛ

чение свободы такого лица до судебного решения на срок более 48 часов .

В соответствии с вышеизложенным следует исключить из ч. 4 ст. 27.5 КоАП РФ слова «а лица, находящегося в состоянии опьянения, со времени его вытрезвления». Статью 19 Наставления о порядке исполнения обязанностей и реализации прав полиции в дежурной части территориального органа МВД России по-

3

сле доставления граждан предлагаем дополнить следующим предложением: «Для определения момента вытрезвления лица в случае необходимости оперативный дежурный имеет право обратиться в медицинскую организацию, имеющую лицензию на осуществление медицинского освидетельствования».

Следует отметить определенные противоречия между положениями, закрепленными в п. 5 ч. 2 ст. 14 ФЗ «О полиции» и ч. 14 этой же статьи. Так, в соответствии с п. 5 ч. 2 лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, подлежит административному задержанию в порядке, предусмотренном законодательством об административных правонарушениях (в соответствии со ст. 27.4 КоАП РФ — с составлением протокола административного задержания). При этом в ч. 14 содержится требование составления отдельного протокола задержания в отношении всех категорий лиц, перечисленных в ч. 2 ст. 14 данного Закона. Буквальное толкование анализируемой нормы позволяет сформулировать вывод о необходимости составления двух самостоятельных протоколов по одному и тому же факту[207]. Полагаем, что такое дублирование является излишним, и считаем, что протокол задержания в порядке, предусмотренном ч. 14 ст. 14 ФЗ «О полиции», должен составляться только в отношении лиц, указанных в пп. 2-4, 6-13 ч. 2 ст. 14 ФЗ «О полиции». В связи с этим предлагаем дополнить ч. 14 ст. 14 ФЗ «О полиции» следующими словами: «за исключением лиц, задержанных в соответствии с пунктом 5 части 2 статьи 14 настоящего Закона».

По нашему мнению, совершенно прав Ю. Ф. Решетник в том, что в настоящее время положение ч. 5 ст. 27.3 КоАП РФ исполняется весьма формально: сотрудники полиции без какого-либо разъяснения прав и обязанностей задержанному в протокол об административном задержании автоматически вносят запись о таком разъяснении. Полагаем, что в целях соблюдения прав и свобод лица, подвергнутого административному задержанию, необходимо, чтобы данное лицо собственноручно вписывало в соответствующую графу протокола об административном задержании о разъяснении ему прав и обязанностей и расписывалось об этом. Для этого необходимо ввести такую запись в протокол об административном задержании. Соглашаясь с позицией Ю. Ф. Решетника[208], считаем необходимым ч. 5 ст. 27.3 КоАП РФ изложить в следующей редакции: «5. Задержанному лицу разъясняются его права и обязанности, предусмотренные настоящим Кодексом, о чем задержанный собственноручно делает запись в протоколе об административном задержании».

Следующей мерой, анализируемой в данной работе, является привод. В отличие от других мер, осуществляется исключительно на стадии рассмотрения дела и не требует процессуального оформления результатов. Инициатором привода выступают судья, орган, должностное лицо, рассматривающие дело об административном правонарушении. Ими в соответствии с ч. 3 ст. 29.4 КоАП РФ выносится определение о приводе. Согласно ч. 2 ст. 27.15 КоАП РФ указанное определение исполняется судебными приставами и сотрудниками органов внутренних дел (полиции). Под приводом понимается принудительное препровождение физического лица к месту рассмотрения дела об административном правонарушении в целях обеспечения своевременного и правильного рассмотрения данного дела. Привод и доставление достаточно похожи, поэтому на практике часто их смешивают, так как по характеру и объекту правового воздействия они не отличаются.

Объективное выражение привода граждан, уклоняющихся от явки по вызову без уважительных причин, то же, что и у доставления. Оно также заключается в принудительном перемещении лица к месту рассмотрения дела. Однако данные меры имеют и определенные отличия. Так доставление применяется к лицу, совершившему противоправные действия, в целях составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте совершения административного правонарушения, а привод направлен на обеспечение исполнения лицом процессуальных обязанностей. При этом приводу могут подвергаться не только правонарушитель, но и законный представитель юридического лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, законный представитель несовершеннолетнего лица, привлекаемого к административной ответственности, а также свидетель. Кроме того, при осуществлении привода принудительному препровождению лица предшествует принятие уполномоченным на то должностным лицом, рассматривающим и (или) пересматривающим дело об административном правонарушении, соответствующим образом оформленного процессуального решения.

Недостаточная научная разработанность рассматриваемой меры порождает пробелы нормативного регулирования, в связи с этим представляется необходимым, прежде всего, сформулировать понятие привода.

Отдельные авторы предлагали определения привода. Так, В. Р. Кисин под приводом понимает принудительное препровождение лица в соответствующий орган, учреждение и его содержание там в течение времени, необходимого для производства определенных процессуальных действий[209] [210]. Ю. В. Помогалова также считает, что привод — это принудительное препровождение лица к месту проведения с ним процессуальных действий. Кроме того, автор указывает и основание привода — уклонение лица без уважительной причины от явки после надлежаще-

Л

го уведомления компетентного органа (должностного лица) . Однако, к сожалению, до настоящего времени в нормативных правовых актах Российской Федерации такого понятия не содержится. Так, ч. 1 ст. 27.15 КоАП РФ лишь закрепляет, что в случаях, предусмотренных ч. 3 ст. 29.4, п. 8 ч. 1 ст. 29.7 КоАП РФ, применяется привод физического лица либо законного представителя юридического лица, в отношении которых ведется производство по делу об административном правонарушении, законного представителя несовершеннолетнего лица, привлекаемого к административной ответственности, а также свидетеля.

Статья 121 КАС РФ предусматривает возможность подвергать приводу надлежащим образом извещенных лиц, участие которых в судебном разбирательстве в соответствии с законом является обязательным или признано судом обязательным. В части 2 данной статьи указываются лица, в отношении которых запрещено применение привода (несовершеннолетние, беременные женщины, лица, которые ввиду болезни, возраста или других уважительных причин не в состоянии явиться в судебное заседание по вызову суда), однако определения привода также не содержится.

В части 3 ст. 13 ФЗ «О полиции» установлено право сотрудников полиции подвергать приводу в полицию в случаях и порядке, определенных федеральным законом, граждан и должностных лиц, уклоняющихся без уважительных причин от явки по вызову.

В приказе МВД России от 21 июня 2003 г. № 438 «Об утверждении Инструкции о порядке осуществления привода» также не содержится определения данной меры, раскрывающего ее сущность. В пункте 1 данной инструкции закреплено лишь положение, определяющее, что «привод физического лица либо законного представителя юридического лица, в отношении которых ведется производство по делу об административном правонарушении, законного представителя несовершеннолетнего лица, привлекаемого к административной ответственности, а также свидетеля по делу об административном правонарушении является мерой обеспечения» и осуществляется в соответствии с ч. 1 ст. 27.1 и ст. 27.15 КоАП РФ[211].

Как видим, в упомянутых законодательных актах не раскрывается сущность привода, что порождает определенные сложности для правоприменителя, который вынужден самостоятельно решать, что понимать под приводом.

По нашему мнению, привод — это совокупность принятия процессуального решения уполномоченным на то должностным лицом, рассматривающим и (или) пересматривающим дело об административном правонарушении, и действия, состоящего в принудительном препровождении физического лица либо законного представителя юридического лица, в отношении которых ведется производство по делу об административном правонарушении, законного представителя несовершеннолетнего лица, привлекаемого к административной ответственности, а также свидетеля, уклоняющегося без уважительной причины от явки после его надлежащего уведомления, к месту проведения с ним процессуальных действий.

Как можно заметить из определения, большое внимание уделяется соответствующему уведомлению лица, подвергаемого приводу. КоАП РФ допускает осуществление привода лица для участия в рассмотрении дел по отдельным составам административных правонарушений, по которым его присутствие при этой процедуре обязательно. Однако и тогда привод возможен только в случаях уклонения без уважительных причин от явки по вызову органа внутренних дел указанного лица (ст. 29.4 КоАП РФ). При этом лицо должно быть надлежащим образом уведомлено о времени и месте рассмотрения дела об административном правонарушении. Отсутствие должного уведомления порой является причиной нарушения процедуры вынесения постановлений о назначении административных наказаний.

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 г. № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» указывается, что извещение лица, в отношении которого ведется производство по делу, может производиться посредством использования любых доступных средств связи, позволяющих контролировать получение информации данным лицом (судебная повестка, телеграмма, телефонограмма, факсимильная связь, СМСсообщение с согласия лица на такой вид уведомления, а также с фиксацией факта отправки и доставки данного СМС-извещения адресату). Лицо считается также надлежащим образом извещенным в случае, когда с указанного им места жительства (регистрации) поступило сообщение о том, что оно фактически по данному адресу не проживает либо отказалось от получения почтового отправления, а также в случае возвращения почтового отправления с отметкой об истечении срока хранения[212].

По нашему мнению, процедура уведомления должна быть более детально регламентирована и предусматривать исчерпывающий перечень способов надлежащего уведомления, который, впрочем, впоследствии может быть расширен (в основном в связи с развитием современных информационных технологий).

Полагаем, что целесообразно было бы принятие Инструкции «О порядке извещения заинтересованных лиц о месте и времени рассмотрения дела об административном правонарушении», в которой понятно и четко изложить порядок осуществления привода.

С нашей позиции, надлежащим следует считать извещение с помощью средств связи (почта, телеграф), вручение повестки с обязательным фиксированием получения ее адресатом. Приемлемо также уведомление лица посредством отправления заказного письма с уведомлением о получении.

Решению о приводе должна предшествовать проверка причин неявки вызываемого лица (получило ли лицо вызов, не имеется ли данных о его болезни, не находится ли оно в командировке, нет ли иных причин, объективно препятствующих его явке по вызову). И только после выяснения обстоятельств неявки лица уполномоченный орган имеет право вынести определение о приводе.

Таким образом, серьезным затруднением судебной практики выступает проблема обеспечения явки лица на рассмотрение дела об административном правонарушении. Полагаем, что возможным ее решением может стать закрепление в главе 27 КоАП РФ новой меры обеспечения производства в виде обязательства о явке.

Обязательство о явке как мера процессуального принуждения активно используется в уголовном процессе, а также предусмотрено в КАС РФ. Так, в соответствии со ст. 121 КАС РФ в случае обязательного участия лица в судебном разбирательстве к нему может быть применено обязательство о явке, которое представляет собой письменно оформленную обязанность лица своевременно являться по вызову суда, а также незамедлительно сообщать суду о смене своего места жительства или пребывания. Неисполнение данной меры может повлечь за собой вынесение определения о применении привода и назначение судебного штрафа.

Целевым предназначением предлагаемой нами потенциальной меры обеспечения выступает обеспечение своевременного и правильного рассмотрения дела об административном правонарушении. Применение данной меры необходимо когда лицо уклоняется от исполнения административного наказания или когда его участие в судебном разбирательстве в соответствии с законом является обязательным. Для эффективного применения этой меры следует ввести в административное законодательство норму, предусматривающую ответственность за неисполнение обязательства о явке для физического лица либо законного представителя юридического лица, в отношении которых ведется производство по делу об административном правонарушении.

Инициировать применение обязательства о явке должностное лицо, составившее протокол об административном правонарушении, сможет лишь в исключительных случаях — в отношении лица уклоняющегося от исполнения административного наказания, либо привлекаемого к административной ответственности за совершение грубых правонарушений, санкции которых предусматривают лишение специального права, предоставленного физическому лицу, административный арест, обязательные работы и административный запрет на посещение мест проведения официальных спортивных соревнований в дни их проведения.

Серьезным затруднением, возникающим при производстве привода, является проблема правомерности проникновения сотрудников полиции в жилое помещение против воли проживающих там лиц. Часто лицо, подлежащее приводу, просто не открывает дверь и ведет себя тихо, показывая таким образом, что дома никого нет, хотя, по имеющейся информации (например, показаниям соседей), это не так. В других случаях лицо, подлежащее приводу, отвечает сотрудникам полиции через закрытую дверь, отказывается ее открывать и проследовать с ними, угрожая при этом привлечь полицейских к установленной законом ответственности в случае взлома двери.

Так, в ходе анкетирования было установлено, что 42% респондентов основным затруднением при производстве привода считают отсутствие возможности вхождения сотрудников полиции в жилое помещение против воли проживающих там лиц в целях осуществления привода (рис. 5).

Рис. 5. Распределение ответов сотрудников полиции на вопрос: «Какие затруднения возникают

у Вас в ходе осуществления привода?»

Действительно, в ст. 25 Конституции РФ четко указано, что жилище неприкосновенно и никто не вправе в него проникать против воли проживающих в нем лиц, иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения.

Федеральное законодательство не содержит такого основания для ограничения прав граждан на неприкосновенность жилища, как «в целях осуществления привода физического лица либо законного представителя юридического лица, в отношении которых ведется производство по делу об административном правонарушении, законного представителя несовершеннолетнего лица, привлекаемого к административной ответственности, а также свидетеля», и соответствующего судебного решения у сотрудников полиции, осуществляющих привод, разумеется нет.

В части 3 ст. 15 ФЗ «О полиции» предусмотрено право сотрудников полиции на вхождение (проникновение) в жилые и иные помещения граждан, на принадлежащие им земельные участки, в помещения, на земельные участки и территории, занимаемые организациями, в следующих случаях:

1) для спасения жизни граждан и (или) их имущества, обеспечения безопасности граждан или общественной безопасности при массовых беспорядках и чрезвычайных ситуациях;

2) для задержания лиц, подозреваемых в совершении преступления;

3) для пресечения преступления;

4) для установления обстоятельств несчастного случая.

Одним из способов решения данной проблемы могло бы стать включение в названную норму ФЗ «О полиции» права проникновения сотрудников полиции в жилое помещение против воли проживающих там лиц в целях осуществления привода на основании судебного решения. Однако такое дополнение представляется сомнительным, поскольку ограничивает конституционное право граждан на неприкосновенность жилища, а необходимость проведения процессуальных действий по делам об административных правонарушениях не является основанием для столь серьезного вторжения в указанные права.

Таким образом, анализ законодательства свидетельствует о том, что при осуществлении привода у сотрудников полиции нет никаких законных оснований для ограничения конституционного права граждан на неприкосновенность жилища. Поэтому они вынуждены убеждать лицо, подвергаемое приводу, открыть дверь и проследовать с ними. Если же дверь не откроют, то определение останется неисполненным, поскольку оснований для принудительного входа в жилое помещение нет.

Законодательной регламентации требует процессуальное оформление осуществления привода. В настоящее время в КоАП РФ не содержится указаний на порядок оформления результатов применения данной меры, в связи с этим сотрудники полиции самостоятельно определяют, каким образом отражать осуществление привода. В итоге, часть сотрудников полиции оформляет применение привода в форме рапорта (отчитываясь таким образом о проделанной работе), а некоторые вообще никак данную деятельность не фиксируют. В результате в материалах дела об административном правонарушении факт привода лица никак не указывается, что, безусловно, не способствует объективному и всестороннему рассмотрению дела об административном правонарушении по существу.

Полагаем, что, подобно порядку применения большинства мер обеспечения производства, факт осуществления привода должен быть процессуально закреплен. В связи с этим считаем необходимым дополнить ст. 27.15 КоАП РФ частью 3, которую изложить в следующей редакции: «3. О приводе составляется протокол либо делается соответствующая запись в протоколе об административном правонарушении. В протоколе о приводе указываются дата и место его составления, должность, фамилия и инициалы лица, составившего протокол, сведения о физическом лице, подвергнутом приводу. Копия протокола о приводе вручается лицу, подвергнутому приводу, по его просьбе».

Резюмируя вышеизложенные аргументы, можно сделать вывод о том, что в настоящее время существует необходимость введения такой меры обеспечения, как обязательство о явке, которая будет предшествовать приводу. В связи с отсутствием понятия привода в административном законодательстве, в целях обеспечения прав граждан, а также соблюдения законности должностными лицами, применяющими привод, данную дефиницию следует закрепить в примечании к статье 27.15 КоАП РФ, а также регламентировать процедуру уведомления лица, подвергаемого приводу посредством принятия Инструкции «О порядке извещения заинтересованных лиц о месте и времени рассмотрения дела об административном правонарушении».

40%

0%

23%

18%

13%

6%

■ отсутствие в КоАП РФ конкретных оснований применения

■ отсутствие в КоАП РФ четкого процессуального порядка реализации

■ отсутствие в КоАП РФ процессуальных сроков применения

■ невозможность применения данной меры при выявлении любого административного правонарушения

меня устраивает действующий порядок применения

■ иное

URL: http://www.gazeta.ru/auto/

<< | >>
Источник: Пивоваров Данила Владимирович. МЕРЫ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ПРОИЗВОДСТВА ПО ДЕЛАМ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ, ПОСЯГАЮЩИХ НА ОБЩЕСТВЕННЫЙ ПОРЯДОК И ОБЩЕСТВЕННУЮ БЕЗОПАСНОСТЬ, ПРИМЕНЯЕМЫЕ СОТРУДНИКАМИ ПОЛИЦИИ. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Омск 2017. 2017

Еще по теме § 1. Доставление, административное задержание, привод:

  1. Меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении
  2. 5. Административная юрисдикция
  3. 29. Меры административного пресечения
  4. Административное задержание
  5. 3. Некоторые особенности освобождения несовершеннолетних от административной ответственности. Особенности административной ответственности несовершеннолетних
  6. Раздел 8.2. Административное правонарушение и административная ответственность
  7. § 1. Реализация усмотрения в административной деятельности милиции
  8. § 1. Компетенция полиции по пресечению административных правонарушений, связанных с появлением в состоянии алкогольного опьянения в общественных местах
  9. § 1. Назначение и исполнение основных видов административных наказаний в области защиты Государственной границы Российской Федерации
  10. 2.2. Административно-юрисдикционная деятельность участкового уполномоченного полиции в курортном регионе
  11. 1.2. Теоретические проблемы обеспечения законности в административной деятельности полиции
  12. § 4. Меры административного принуждения, применяемы полицией в механизме обеспечения транспортной безопасности
  13. § 1. Ретроспективный и сравнительно-правовой анализ регулирования ответственности за неуплату административного штрафа в срок, установленный законом
  14. § 1. Правовая основа участия полиции в реализации механизма применения административной ответственности за неуплату административного штрафа в срок, установленный законом
  15. 2.3 Правовая процедура помещения в специальные учреждения иностранных граждан или лиц без гражданства, подлежащих административному выдворению за пределы Российской Федерации
  16. § 1. Система мер административного принуждения, применяемых сотрудниками полиции
- Авторское право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -